Дурная кровь — “Московский Комсомолец”
Еще на тему:10.09.2001 00:00
Валентин Колесник, Наталья Плеханова
Ты и Я
Дурная кровьФранцузский мыслитель Монтень писал, что бывает очень сложно дать логичное объяснение некоторым человеческим поступкам. И был, безусловно, прав. Например, как понять мотивы родителей, которые насилуют собственных детей? А ведь милицейская статистика свидетельствует: в 75 случаях из ста над ребенком надругались именно те, кому дети доверяют больше всего, — близкие родственники. Может быть, все дело в пьянстве или, как говорится, крыша поехала у родичей-насильников? В том–то и дело, что нет. Чаще всего их нормальность (или вменяемость) не вызывала сомнений даже у судебных экспертов. Вот и приходится волей-неволей верить в то, что в человеке живут две души: хорошая и плохая, светлая и черная.Усвоенный урок“Посмотрите, вон наш жиртрест идет!” — школьники в одно мгновение облепили окна. По двору, переваливаясь с ноги на ногу, как утка, бредет очень толстая тетка. Издалека ей можно дать все тридцать, а то и сорок. Но ее одноклассники знают, что “тетке” недавно стукнуло всего лишь четырнадцать.
Когда Оле исполнилось десять лет, неожиданно умерла от рака ее мама. Отец — Сергей Петрович совсем пал духом. Кроме горечи утраты, его волновало и другое. “Как же так, — рассуждал он. — Раньше всем заправляла она, а теперь мне одному все тянуть”. Волевая, властная, жена, можно сказать, из рук свекрови приняла Сергея Петровича, так они и вели по жизни несмышленого мальчика — одна до загса, другая после.
“Ничего, выкрутимся!” — ободряла его дочь Ольга. Он гладил ее по голове и повторял как заклинание: “Мы всегда будем вместе. Я буду заботиться о тебе, а ты обо мне”.
Как сказано, так и сделано: Сергей Петрович не спускал с дочери глаз. Вечерами читал ей книги и укладывал спать, днем проверял уроки и кормил обедом.
Но жизнь стремительно катилась вперед. Ольга взрослела. В 12 лет ее формы уже округлились, в движениях, во взгляде появилось едва уловимое женское очарование. Она все больше походила на мать — внешне и по характеру. Теперь, когда Сергей Петрович целовал и гладил ее по голове на сон грядущий, он видел в засыпающей девочке свою любимую жену. “Мы всегда будем вместе”, — произносил он над ее кроватью и верил, что дочь-то его уж точно не бросит.
Но дочь взрослела и отдалялась. Это было так же страшно, как ждать смерти тяжелобольной жены. Сергей Петрович ревновал дочь, злился, запрещал выходить из дома по вечерам. Но все было напрасно.
Однажды, когда Оля пересказывала отцу урок истории, зазвонил телефон. Девочка подняла трубку и принялась с кем-то кокетничать, наматывая телефонный шнур на палец. Отец пришел в ярость: как она может при нем назначать какому-то мальчишке свидание!
Он выхватил трубку: “Никуда не пойдешь! Не забивай голову ерундой, лучше подумай об учебе!” Обиженная Оля ушла к себе в комнату. Отец вошел следом. Он сел на кровать, где лежала дочь, уткнувшись в подушку, и попробовал ее утешить, но Оля отвернулась к стене.
Тогда на Сергея Петровича накатила волна бешенства. Он схватил простыню и привязал дочь за руки и за ноги к спинкам кровати. “Папа, что ты делаешь?” — отбивалась девочка. Не говоря ни слова, отец стащил с нее колготки и трусы, разделся сам. Целый час Сергей Петрович насиловал дочь, а в ответ на ее слезы и мольбы отпустить, тряс перед ее лицом любимыми игрушками — будто она грудной младенец, которого нужно отвлечь от неприятной процедуры.
Когда он все-таки отвязал дочь, то строго-настрого приказал молчать: “Это будет нашим секретом. А то будет еще больнее!” И Оля хранила тайну. Молчала не столько из-за страха, сколько потому, что любила отца и боялась потерять и его, последнего родного человека.
После близости с дочерью Сергей Петрович совсем потерял голову. Каждый вечер он с нетерпением ждал Ольгу, подозрительно проверял ее портфель и карманы, ища улики ее “измен”, и если таковые находились, записка от мальчика, или она приходила из школы поздно, то отец волок ее в спальню, чтобы в постели напомнить ей о дочернем долге.
Оля с каждым днем все больше и больше боялась отца и старалась как можно реже показываться ему на глаза. Но разве это возможно, живя вдвоем в одной квартире? Однажды Сергея Петровича навестил его родной брат Павел. Они долго о чем-то разговаривали на кухне. Ближе к ночи вместе вошли в комнату Оли и изнасиловали ее по очереди. С этих пор Оля словно потеряла дар речи, она едва ли с кем-то разговаривала и много плакала.
Девочка никак не могла понять, почему отец так поступил: “Наверно, я сама виновата. Моя стройная фигура привлекает мужчин…” И Ольга решила измениться. Она ела все подряд без всякой меры, перестала следить за своей внешностью, даже причесываться и чистить зубы.
Для Сергея Петровича инцест с дочерью тоже вышел боком. Открылись болячки и хвори, он бросил работу и безвылазно сидел дома, поджидая дочь из школы. В один прекрасный день “скорая” увезла его в больницу с сердечным приступом. Там он вскоре и умер. Ольга ни разу не навестила отца в больнице. После его смерти она не радовалась и не печалилась. Но дальней тетке, которая переехала к ней жить, она призналась, что со смертью отца у нее “просто упала гора с плеч”. Сейчас девочка весит почти 100 килограммов, нежная кожа сделалась дряблой, звонкий голос — глухим, говорит с одышкой. Но Оля отказывается садиться на диету и вообще не видит никаких проблем со своей внешностью. А когда ей делают замечания посторонние, говоря, что она такая толстуха, беспечно отвечает: “Зато мужики не пристают!”Таких не берут в космонавты…— Чему вы удивляетесь! Какие у них могут быть мотивы… Они (педофилы. — Авт.) — больные люди, — объясняет мне руководитель лаборатории судебной сексологии НИИ им. Сербского Андрей Ткаченко. — Сейчас он ведет себя как нормальный, а через минуту в мозгах что-то замкнуло, и его понесло.
Кстати, на Западе к педофилам относятся именно так, настороженно, причем пасут их специалисты с детства. Одно время врачи полагали, что педофилией заболевают взрослые, отягощенные психическими травмами и стрессами, перенесенными в детстве. Однако недавно американский психиатр Майк Маес сообщил ошеломляющую новость. Оказывается, склонность к педофилии можно выявлять и лечить еще в детстве.
Он обследовал 25 преступников. И установил, что их кровь кишит гормонами стресса, а гормонов счастья, так называемого сератонина, напротив, сильно недостает. Нарушенный дисбаланс химических веществ в крови влияет не только на настроение, но и на сексуальную ориентацию. Поэтому сексуальных извращенцев всех мастей и родов можно будет скоро выявить с помощью специального теста и определить на излечение еще до того, как они станут преступниками. Впрочем, на Западе и сейчас уже существует нехилая социальная профилактика преступлений, в том числе и против несовершеннолетних.
Другое дело — Россия. В новом Уголовном кодексе РФ даже правовая ответственность за сексуальные отношения с несовершеннолетними действует почему-то только до 14 лет. А после 14? Можно насиловать, совращать, обольщать? Может, поэтому на просторах нашей родины педофилы чувствуют себя ужас как вольготно. Особенно в собственной семье.
И все-таки, почему они такие? Чего их тянет на юных девочек?
Сделаем с помощью специалистов обобщенный психологический портрет среднестатистического педофила. У него было трудное детство: деспотичная мать или отец, возможно, его даже пороли. Ребенок вырос робким и неуверенным, хотя тщательно это скрывает. Он опасается людей, в особенности женщин. Поэтому, повзрослев, любви ищет у себя под боком и в наиболее безопасном месте, подчиняя более слабого. А в своей семье блудить ему удобно еще и потому, что родственники предпочитают не выносить сор из избы. Бывает, что будущего педофила в нежном возрасте самого изнасиловали. Тогда вполне вероятно, что, повзрослев, он сделается агрессивным, но до поры до времени эту темную сторону души будет старательно прятать.
Один из милиционеров рассказал нам такой случай. Дежурный экипаж приехал по вызову в обычную московскую гостиницу. В номере они увидели жуткую картину: на двери, прикованный к ней наручниками, висел обгоревший мужчина, а рядом на полу сидела девушка и спокойно красила губы. Девушку звали Ирой, она была обычной проституткой, какие бродят по Москве тысячами, пока в ее симпатичной голове не родилась жуткая мысль зажарить очередного клиента.
В детстве Ире жилось несладко. Ее мать чуть ли не каждый день приводила домой нового мужчину и объявляла: “Это ваш новый папа!” Когда в их семье появился дядя Слава, Ирине было только 10. Однако “новый папа” сразу положил глаз на хорошенькую дочку.
Это случилось, когда матери не было дома. Девочка стирала в ванной. Неожиданно в дверях возник дядя Слава. В руке он держал начатую бутылку водки. Потом он закрыл дверь изнутри и торопливо раздел испуганную девочку. Облив ее водкой, дядя Слава принялся страстно облизывать нежное тело. Затем повалил ребенка на пол и изнасиловал. Вскоре дядю Славу мать выгнала, а дочь, которая ей все рассказала, успокоила: “Такое больше никогда не повторится!”
Повзрослев, Ира сильно сблизилась с матерью. Теперь она знала, зачем приходят в дом Анны мужчины, да и мать этого уже не скрывала. “Я тоже хочу попробовать!” — заявила она матери и вскоре переспала с ее знакомым. Заработанных таким образом денег ей хватило на осенние сапожки. Со временем в поисках состоятельных клиентов она стала наведываться в Москву. Однажды ее “снял” парень лет двадцати пяти. Он привез проститутку в гостиницу, заказал шампанского и в постели, окатив девушку игристым напитком, принялся ее облизывать. И тут неожиданно Ира отчетливо увидела перед собой картину: ванная, ей десять лет, и ее, облитую водкой, насилует отчим. Не залеченные в детстве страх и боль в одно мгновение охватили девушку. Проститутка вскочила с постели и, поспешно натягивая платье, бросилась из номера. Ничего не понимающий клиент остался сидеть на кровати. Но вскоре Ира вернулась. Девушка была уже спокойна и улыбалась. “Давай сыграем в игру, ты будешь жертва, а я ведьма”, — предложила она удивленному парню и помахала перед его носом наручниками. Ира приковала парня к дверной ручке и облила виски. Потом закурила и, смеясь, поднесла зажигалку к его животу…А жертвы кто?Если вы читали повесть Набокова “Лолита”, этот источник вдохновения для педофилов, вы поймете, почему от насильников страдают в основном девочки 9—12 лет. Многие из них и не подозревают, что уже в этом возрасте заполучили от природы кое-какие женские чары, сводящие с ума мужчин. Одна моя знакомая, сущая нимфетка, рассказывала: “С десяти лет ко мне приставал родной дед. Когда никого не было дома, он ложился рядом на кровать, расстегивал ширинку и извлекал на свет свое достоинство. Ласково приговаривая, щупал меня. Я какое-то время терпела, а потом убегала”. Думаю, в этом повинен дед, но бедняга едва дождалась своего пятнадцатилетия. И — пустилась во все тяжкие.
Как правило, для педофилов сексуальный контакт с ребенком — это цель, а порой и смысл жизни. Они заранее облюбовывают будущую жертву, ищут к ней подходы. Проще всего это делать, когда живешь рядом с ней. Возрастные пристрастия не ограничены: от 1,5 до 17 лет. Случается, что под горячую руку попадают даже грудные младенцы. “Любовная” связь может длиться до двух лет. Все зависит от того, какие отношения в семье. Редко, когда ребенок сам пожалуется. И не только потому, что ему стыдно признаться. Он может быть сильно привязан к насильнику, а некоторые девочки, по наблюдениям специалистов, даже получают удовольствие от половых контактов в 6—8 лет. Молчат жертвы еще и потому, что нередко считают себя виноватыми в происшедшем, поскольку взрослые для них непререкаемый авторитет. Самоуничижение порой доводит до самоубийства.
Неожиданно высказался один из психологов: он встречал детей, которые не только были рады, когда их соблазняли взрослые, но сами искали соблазнителей. Таких детей не интересуют деньги. Они добиваются внимания любой ценой. Потому что там, где они растут — в так называемых неблагополучных семьях, интернатах, — часто царят жестокость и равнодушие. Но как бы ни складывались отношения между насильником и жертвой, по единодушному мнению специалистов, сексуальное надругательство — одна из самых тяжелых психологических травм. Ее последствия могут дать себя знать много лет спустя. Это явление психологи называют психологической бомбой замедленного действия.
Именно такая бомба рванула в семье молодой женщины Анастасии, после того как она побывала у зубного врача. Стоило стоматологу сказать невинную фразу “откройте рот”, как молодая женщина вспомнила жуткий эпизод из своего детства…
Настя была единственной дочкой в семье благополучного делового человека Александра Анатольевича. Его жена не работала, занималась домашним хозяйством и временами заглядывала в дорогие косметические салоны. Девятилетняя Настя училась в школе. Как-то в один из обычных вечеров Настя ворвалась в спальню матери, отчаянно рыдая. Она что-то пыталась сказать, но голос ее прерывался. Мать прижала к себе дочку, гладила по голове, приговаривая: “Ну что ты, Настенька, успокойся. Что произошло? Расскажи маме”. Девочка что-то бормотала, но разобрать можно было только несколько слов: “…Папа… мне в рот”.
Из бессвязных объяснений дочери мать поняла, что отец принудил девочку к оральному сексу. Женщина не поверила своим ушам, ей казалось, что дочь все выдумала или внезапно сошла с ума. А девочка все повторяла и повторяла сквозь рыдания: “Папа — в рот, папа — в рот!” Тогда Светлана Александровна, так звали мать Насти, набросилась на дочь с оскорблениями. Она требовала, чтобы та немедленно замолчала и не смела клеветать на отца. Ни уговоры, ни оскорбления не помогли — ребенок бился в истерике. И тогда мать в припадке ярости схватила дочь за волосы и несколько раз ударила ее головой о батарею. Ребенок упал без сознания.
С сотрясением мозга девочку отвезли в больницу. Пока Настя находилась на лечении, мать с отцом выяснили отношения и расстались. Светлана Александровна узнала, что впервые отец принудил ребенка к оральному сексу, когда мать уезжала в гости к родственникам. Потом было еще два-три случая, пока наконец Настя не выдержала и не раскрыла матери глаза на поведение отца. Через некоторое время девочка вернулась домой. Но она ничего не помнила. У нее была амнезия. Прошло много лет. И вот теперь в кабинете стоматолога все пережитое в детстве вдруг вернулось откуда-то из глубин сознания. Анастасия, сидя в стоматологическом кресле в расслабленной, беззащитной позе с открытым ртом, мгновенно прожила тот вечер заново и так ярко, словно это случилось только что. В панике женщина оттолкнула стоматолога и бросилась бежать. На лестнице она потеряла равновесие и покатилась по ступеням. Настя ждала ребенка, которого спасти не удалось.
По словам сотрудника московского центра по вопросам сексуальных надругательств над детьми в семьях к ним обращаются в год больше 100 человек. На самом деле таких изнасилований неизмеримо больше. Просто о них никто не знает. В этом виноваты не только покрывающие преступников родственники, но и милиция, где наотрез отказываются принимать заявления.
“Будьте бдительны!” — примерно так обратился педофил к родителям со скамьи подсудимых в суде провинциального американского городка.
“Даже не бдительность, необходимо простое человеческое внимание! — уверен психолог Евгений Цымбал. — Только душевно или физически слепой человек не поймет, что происходит в семье. Когда ребенок изнасилован, его поведение сильно меняется, иногда и вовсе необъяснимо. Что касается педофилов, то, как известно, их цель соблазнить малолетку. Они и ведут себя соответственно: уделяют чрезмерное внимание детям, ищут уединенные места”.
Кое-кто из специалистов утверждает, что педофилия — закономерный этап развития рода людского. Человечество неумолимо движется в сторону бесполого общества. Так называемый популяционный сдвиг произошел очень быстро, практически в последние несколько десятилетий. Потому неудивительно, что педофилы, существенно пополнив свои ряды, настойчиво ищут официального признания.
Года два назад они чуть было не обосновались в Организации Объединенных Наций. Вначале они прибились к другим сексуальным изгоям — гомосексуалистам, войдя блоком в одну из крупнейших ассоциаций “голубых”. Но на этот раз педофилам не повезло. Чиновники из ООН наотрез отказались регистрировать ассоциацию в таком составе. Педофилия согласно главе 5 Международной классификации болезней признана разновидностью психического расстройства. “Голубые” вежливо выпроводили педофилов, но утешали их, как могли: “Да ладно, пройдет время, и вас тоже, как и нас, признают!”
А что, если это правда?
ссылка на статью
