СИМПАТИЧНОЕ ЛИЧИКО НЕ СПАСЕТ ОТ НЕКРАСИВОГО ЧЛЕНА — “Московский Комсомолец”
19.05.2000 00:00
Наташа Журавлева
СИМПАТИЧНОЕ ЛИЧИКО НЕ СПАСЕТ ОТ НЕКРАСИВОГО ЧЛЕНАВ прошлом достаточно известный актер и кинорежиссер, сейчас он выбрал столь “непристойное” занятие, потому что, как выражается: “Жить-то как-то надо, табаку надо, чаю надо. Вот тут и крутись. И скажу вам больше — мой мастер, у которого я учился во ВГИКе, тоже иногда снимает подобного рода фильмы…” Ситуация в нашем кино толкнула многих режиссеров либо на сделку с совестью, либо на перемену профессии. И многие, чтобы не уходить из любимой профессии, крутятся вокруг да около, утешая себя мыслью, что все же остаются причастными к искусству. — Порно — это искусство, — утверждает Валерий, — я вообще считаю, что все великие произведения искусства прежде всего не настолько духовны, насколько сексуальны. Та же Джоконда. Все искусство Древней Греции — это обнаженные формы. И древние греки этого не боялись. Но при советской власти все понятия изуродовались. В России профессия режиссера тяжелого порно появилась сравнительно недавно. Лет 5—6 назад, когда на российский рынок хлынула из Америки и Европы подобного рода продукция, по Москве стали открываться эротические агентства, журналы “андреи”, “плейбои” и прочие “ахи-вздохи”. Тогда же к этому повернулись и киношники. Но если журналы все же официально зарегистрированы, а значит, законны, то насколько законны съемки порнофильмов? — Они и законны, и незаконны. И тут есть очень страшная и тонкая грань. Разница между эротикой и порнографией. Я сам очень долго думал об этом. Разница очень простая: эротика — это когда обнаженные тела, но не видно гениталий. Так вот, то, что делаю я и та компания, с которой я сотрудничаю, в общем-то почти законно. У нас нет фильмов ни про педофилов, ни про малолеток, ни про голубых, ни про зоо- и прочие извращения. У нас не работают проститутки, солдаты или люди с улицы. У нас работают профессиональные модели и профессиональные актеры. Далее — мы не занимаемся распространением этих фильмов, и люди у нас снимаются не за деньги, а ради удовольствия. — Актеры вообще не получают денег? — Нет, получают минимальные. 100—200 долларов за съемку. — А сколько получаете вы? — Я получаю за фильм целиком долларов триста. — Вы сказали, что не занимаетесь распространением, а кто покупает вашу продукцию? — В основном зарубежные фирмы, которые из них потом делают эротические картинки. То есть мы продаем сырье, а они сами уже монтируют и озвучивают. Это очень забавно, когда русские девки в сарафанах говорят: “Fuck me”. Кстати, будучи недавно в Нью-Йорке на 42-й стрит, я увидел в секс-шопе два своих фильма. — Ваши дилеры — это Америка, Германия, Франция? — В основном Америка и Польша. Англичане покупают, шведы. Франция любит более утонченное порно, Германия — более извращенное: кошечки, собачки, с мальчиками, девочками… — Как выходят на вас заказчики? — Это все старые связи, знакомства. Кто-то из наших бывших киношников эмигрировал туда, и так далее, и тому подобное. — Модели и актеры проходят какой-то медицинский контроль? Или работают в презервативах? — Нет, без презервативов. К сожалению, такие условия ставят нам дилеры. И все актеры должны иметь обязательно медицинскую книжку, как продавцы и врачи. Если даже актер очень хороший и мы без него не можем, мы будем “стоять” и ждать, пока он не сдаст эти анализы. — Бывают какие-нибудь проблемы? — Да, из-за своих идеальных принципов отбора мы терпим некое мучение, потому что, к сожалению, не у каждого актера может все благополучно случиться на съемочной площадке. Перед фотокамерой у них все в порядке, а перед кинокамерой — никак… И домкратом не поднять! Порой у нас из 50 человек только двое-трое могут работать. — Почему женские гениталии разрешается показывать даже по “ТВ-6″, а мужские нет? — Я на этот вопрос ни от кого не могу услышать ответ. Я бы с удовольствием спросил это у господина Говорухина, который пытался закон об эротике провести в Думе. Не знаю, провели его или нет… Хотя это тоже настоящая мужская красота. У нас, кстати, при кастинге обязательно учитывается форма и эстетика члена. Некрасивый член мы не возьмем, даже если личико красивое. — Фильмы должны чем-то отличаться друг от друга. Откуда берутся сценарные ходы и всякие сексуальные фантазии? — Ой, да из головы безумной берутся! Ну, конечно, прежде всего — лубок. Если это русское порно, то оно должно отвечать каким-то русским канонам. Это русская баня, печка, конфетки-бараночки, самовар, водка. У меня, кстати, мечта снять порно на русские народные сказки, они порой очень порнографичны. И у Пушкина есть такие сказки. — Вам не обидно, что вы тратите силы, вкладываете душу, а потом ваш сюжет кто-то перемонтирует, и в титрах будут стоять совсем другие фамилии? …Не хочется уходить из профессии и приходится ходить в этой маске шута. Я все-таки надеюсь, что наше кино возродится и, возможно, даже наконец разберутся, что такое эротика и что такое порно. Я глубоко убежден, что, если бы у нас было легализовано порно, это даже решило бы проблему семейных отношений. Чтобы муж не гулял на стороне, а сел тихонечко от жены, посмотрел. И жене спокойно. Было бы меньше маньяков, меньше бытовух. А так ты поставил кассету, сел перед телевизором, кончил, и хорошо тебе. И никуда тебе идти не надо.
Мой блог находят по следующим фразам
Еще на тему: