Филы, фобы и гоги — Эксперт Online 2.0
Еще на тему:«Русский репортер» №5 (113)/11 февраля 2010
Григорий Тарасевич
— Вот скажи честно, все работники образования являются педофилами? — с этой фразой мой коллега вошел вчера вечером к нам в отдел науки. Я почему-то покраснел. И не придумал, что сказать.
Потом уже в голове пронеслось, что надо было ответить вопросом на вопрос: мол, действительно ли все члены партии «Единая Россия» предпочитают несовершеннолетних мальчиков? Новость о том, что в Петербурге районный депутат подозревается в изнасиловании подростков, похоже, стала популярнее, чем информация о выборах на Украине.
Новость, увы, не оригинальная. Возьмем в меру свежие заголовки.
«В Волгограде первый секретарь райкома КПРФ насиловал мальчиков…»
«Пермский депутат-единоросс изнасиловал школьника…»
«Лидеры Социалистической партии Португалии насиловали сирот…»
Подонки существуют и в разных политических лагерях, и в разных странах. И давайте сразу договоримся: когда пятидесятилетний упитанный дядя соблазняет двенадцатилетнего мальчика — это отвратительно. Слово «подонок» здесь самое уместное.
Только вот не совсем понятно, зачем повсюду называют его фамилию и публикуют фотографию. Вообще-то, наша страна пусть не совсем Швейцария, но все-таки относится к разряду цивилизованных. И у нас есть такая смешная штука, как презумпция невиновности. Пока суд не признал педофила педофилом, он официально педофилом не считается.
Вот представьте: случился в нашей правоохранительной системе какой-то сбой (такое с ней часто бывает). И вас — вот лично вас, читающего эти строки, — заподозрили в том, что, уединившись с каким-нибудь подростком в кабинете (комнате, палатке, на лужайке), вы совершили с ним развратные действия в сугубо извращенной форме. Тут же ваша фамилия, должность, фотография появляются на сайтах с десятками тысяч посетителей. Потом выясняется, что вас банально оклеветали — и с подростком вы не уединялись, и развратных действий не совершали, и вообще этому ребенку стукнуло шестнадцать уже давным-давно. Но поздно. Ваши знакомые (особенно те, у кого есть дети) не приглашают в гости, руки не подают.
Повторю: совращать школьников мерзко. Обсуждению это не подлежит. Но проблема в том, что бдительность борцов с педофилами (а в эти добровольные дружины де-факто записана чуть ли не половина населения) ставит под подозрение любого человека, который берется работать с детьми.
Конечно, если вы — Марьиванна с полувековым педстажем, вас в педофилии вряд ли заподозрят (даже в сексуальных контактах с ровесниками подозревать не будут). Но если вам, скажем, лет тридцать-сорок, вы относитесь к мужскому полу и при этом осмеливаетесь работать с детьми… да что там работать — попробуйте угостить незнакомого ребенка конфетой.
«Скажи, Гриша, ты со своими школьницами спишь?» — этот вопрос я слышал не раз и не два, когда преподавал в лицее или проводил летнюю школу. Задавали его люди, которые с виду казались вполне нормальными. Пользуясь случаем, открою страшную тайну. Нет, я не сплю со школьницами и тем более со школьниками. Никогда. Даже теоретически. Даже в виде фантазии. Мне интересно учить, интересно общаться с подростками. Это нормально. Точно так же нормально, как читать книги или уступать место старушке. И таких, как я, тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч.
Напоследок открою еще несколько страшных тайн. Далеко не все медики совокупляются с трупами. И не все ихтиологи насилуют сельдей. Честное слово.
